Юра Якунин (yurayakunin) wrote,
Юра Якунин
yurayakunin

Categories:

По морю моей памяти - 1 часть.

Предисловие

Я много в жизни делал и хорошего, и не очень, повторись ситуация, что-то не сделал бы, а во многих случаях поступил бы так же, как и раньше. Многое не напишу, так как не знаю, как к этому отнесутся участники событий. Многие имена будут изменены, многие события урезанны. Да и нет цели, написать автобиографию, есть желание описать то, что было обыденным в детстве, а сегодня – греет душу. Да и моим детям и внукам, которые варились в том времени - хотелось бы донести, чтобы помнили свои корни! Думаю, многим будет интересно читать о грузинской повседневности шестидесятых-восьмидесятых в восприятии русского.



В воспоминаниях ребенка, отсутствуют серые краски, в отличие от сегодняшней жизненной монотонности и безрадостной предсказуемости старика. Прошедшие детские годы, сплелись в яркий временной клубок и обидно, что эта радуга, так же исчезнет со мной как, исчезает обычная радуга, после дождя. Но если радугу после дождя можно увековечить в фотографии, то радугу жизни необходимо записывать, не потому, что лавры Достоевского или Хейли не дают покоя, а потому, что будущее определит, что истинно, а что – шелуха, а для этого будущему необходимо, именно то множество, из чего можно делать – выбор и художественный, и исторический!
Жизнь, к сожалению не только и не столько - безоблачное, розовоочковое детство, это и годы душевной, духовной и физической борьбы, когда не до цветных очков, когда все по-настоящему, жестко и порой жестоко, а за ошибки и частенько не только твои, расплачиваются не привычным углом или отцовским ремнем, но иной раз годами одиночества, а то и жизнями. А если сия чаша и минует (дай Бог), то это совсем не значит, что жизнь прожита правильно. Жизнь длинная, а мы не ангелы - бывает все.

Я, попытаюсь описать свои обыкновенные житейские ситуации, каких было много, какие-то, связанные с ними переживания, правильные или не правильные действия, если то, что я пишу, заставит кого-то задуматься и не сделать ошибку, оперевшись на мой опыт, поможет, не учиться на чужих ошибках, а стараться их не повторять. Еще раз хочу сказать, что не собираюсь оправдываться (может, где-то и надо бы) - из песни слов не выкинешь, заднего хода и сослагательного наклонения, история не имеет. Мне, иногда, кажется, оглядываясь назад, что мы, частенько доказывая истину, с легкостью её же саму и втаптываем в грязь. Ненароком, спасая кого-то одного, можем не заметив, утопить с десяток других. Можем, упоенно бить себя в грудь, изливая правду-матку, заставляя многих, близких и не очень, обливаться горючими слезами, настаивая на своей правоте, возможно, начисто, отвергая чужую правду, хотя, как определить, чья правда «правдее», стоит ли она, эта правда слезы ребенка, не говоря о чьей-то жизни!?
Часто, читая кого-то, натыкаешься на фразы, что мол, такой хороший малый, но не хочет прислушаться к мнению других (видимо имеется в виду мнение автора) и дальше, как учебник геометрии, одни авторские постулаты! Я не юрист и тем более не ясновидящий, я не собираюсь на примерах показывать, как надо поступать, а как не надо, как красиво, а как нет, как мужественно и достойно, а как низко. Совершенно нет, буду писать, как было, а каждый пусть сам решит, где для него истина, не абсолютная, а его личная. И не старайтесь кинуть в меня камень, кто не без греха, а я тем более.
Пишу, что получится – не знаю, но постараюсь, если смогу, писать не паталогическую тягомотину, но с юмором и интересно! Начну, от третьего лица. Так как о себе еще том, каким себя не помню, писать то «Я» не могу, поглубже, думаю, утрясется!

И так…
Жила, была семья, как многие другие, и не совсем. Дедушка с бабушкой, мама, папа, и маленький, кареглазый мальчик. И всё было бы хорошо, но случилась беда, и не стало папы, мама была, но после аварии и травм, как бы её уже и не было, и стала тогда бабушка – мамой, а дедушка – папой. Дальше я все же буду писать дедушка и бабушка, но это для рассказа, а в жизни я до самой их смерти звал папой и мамой.
Мальчик рос непосредственным, добрым, впечатлительным, не глупым, и очень шустрым, настолько, что во дворе за ним закрепилась прозвище – «Тарзан».
Он, беззаветно любил своих, самую добрую на свете, с морщинками в углу вечно улыбающихся глаз, пахнущую вкусными обедами, прощавшую ему любые шалости и безмерно заботливую, еврейскую бабушку и деда - строгого, мужественного, преданного Родине и коммунистическим идеалам, со стальными, как и характер, глазами, русского, полковника в отставке. Ему с ними было тепло и уютно. Однажды, когда к ним приехали из Сибири деда сестры, мужчинам пришлось лечь на расстеленных, на полу матрасах. Он лежал с дедом, на непривычно жесткой кровати и не мог заснуть, в открытое окно пыталась заглянуть скрываемая тучами луна, было жутковато, но рядом лежал дед, такой большой и смелый, стриженный под бобрик (он потом всю жизнь мечтал иметь такую прическу, но ... предательские вихры!), достаточно было прижаться к нему и страхи все улетучивались. В ту ночь, он впервые подумал, что вдруг деда или бабушки не станет. Это было настолько сильное душевное потрясение, что он в слезах, стал будить деда и успокоился лишь тогда, когда дед дал слово, что не умрет! Наверное, первый седой волос у человека появляется именно в такой день или ночь.
Дедовы сестрички, не скрывая (вот где ноги семитизма выглядывали), не любили бабушку и это не укладывалось у него в голове, казалось самой большой несправедливостью, и когда однажды, одна из сестер, купила ему металлическую коробу с монпансье, он отказавшись громко сказал, глядя на бабушку:
- Моя МАМА, - именно с тех пор он стал звать её мамой - мне всегда покупает мишек, а такое барахло я не ем!
То, как она пожала под столом его руку, забыть невозможно, гордость которую он испытал от этого пожатия, наверное, можно сравнить, с гордостью, от получения высшей награды Родины! Он защитил свою бабушку, что не сделал дедушка и с тех пор, никто и никогда не смел при мне скверно отозваться о тех, кого я любил или с кем я дружил (вот пишу, а глаза влажные).
Но мир не без «добрых» людей и вопрос о возрасте «мамы» и «папы» вечно повисал над головой ребенка, который не мог, понять всей глубины вопроса, но подсознательно чувствовал какую-то тревогу, заставлявшую его, ощетинившись, жестко (насколько это возможно в детском возрасте) пресекать любые попытки влезть в детскую душу. «Но иглы тайные …». И это болезненно-обострённое чувство, заставлявшее его мгновенно и резко реагировать на любую брошенную кем-то фразу, как казалось ему, ущемлявшую его или его близких людей, достоинство – осталось на всю жизнь как комплекс. И этот комплекс, иногда вызывавший, некоторую внутреннюю гордость, мешал общению, а зачастую приводил к полному разрыву отношений.

Продолжение следует.

По морю моей памяти 1 часть - Предисловие
По морю моей памяти 2 часть - Семья
По морю моей памяти 3 часть - Улица и дом моего детства
По морю моей памяти 4 часть - Друзья
По морю моей памяти 5 часть - Интернат
По морю моей памяти 6-1 часть - Школа
По морю моей памяти 6-2 часть - Школа
По морю моей памяти 7 часть - Мои университеты
По морю моей памяти 8 часть - Военнка, или мат с продолжением
По морю моей памяти 9-1 часть - Военные, Сборы
По морю моей памяти 9-2 часть - Военные, Сборы

Free counters!







подписаться    доб в друзья
Tags: По морю моей памяти, рассказы
Subscribe
promo yurayakunin february 10, 2024 13:12 743
Buy for 20 tokens
ПОЖЕРТВУЙТЕ НА ИЗДАНИЕ КНИГИ PayPal - https://www.paypal.me/LianaTabidze ЯД - 41001583526466 WebMoney - R406100370118, Z228282210773 Моя настоящие имя и фамилия - Юра Якунин, а Гога Генацвалин, это псевдоним, под которым я участвовал в Номинации " Писатель года" 2011 года.…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 81 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →